Фуфетий и капитан Полосочка. Глава 1. Тридцать второе октября

— Фуфетий?! – вскрикнула Полосочка и проснулась.

Она огляделась: шкаф с распахнутыми дверцами и тремя деревянными вешалками внутри по-прежнему стоял на месте, у окна. На вешалках, как и прежде, ничего не висело. В комнате никого не было.

Полосочка чихнула, мягко спрыгнула с кресла и подошла к входной двери. Она потянула воздух носом — ничем новеньким тут не пахло. Раньше в квартире каждый день появлялись любопытные запахи. Например, запах пирога с зеленым луком и яйцами, старой шляпы, корма для аквариумных рыб. Или вот еще интересный запах – его приносил с улицы мистер Хиккенботтом – запах тефтель, тушеных в томатном соусе. Он их очень любил и по пятницам, после работы, заказывал в кабачке «Бежевый лес», что на углу Кориандровой и Платановой.

Полосочка любила подглядывать за мистером Хиккенботтомом, пока тот ел, из мансарды четвертого этажа — ей было видно оттуда почти весь «Бежевый лес», особенно, когда в нем включали верхний свет. Мистер Хиккенботтом кушал тефтели, вытирая салфеткой томатный соус с бороды, а Полосочка смотрела на него и тихонечко улыбалась. Ей казалось, что нет никого в мире красивее мистера Хиккенботтома! Полосочке нравилось в мистере Хиккенботтоме абсолютно все! Его стать, небольшой ростик и то, как на мистере Хиккенботтоме сидит твидовый пиджак. Мистер Хиккенботтом был похож на мягкий твидовый шарик в этом пиджаке, и голос у него был мягкий, словно булочка.

Одну тефтельку он всегда оставлял на потом, заворачивая ее в пару салфеток и пряча в карман брюк. О, Полосочка обожала этот момент! И не важно, что тефтелька превращалась потом в котлетку или даже блинчик, она все равно была восхитительной! Ведь мистер Хиккенботтом приберегал ее специально для нее, Полосочки. А кто так делает? Так делает только любящий хозяин.
Полосочка вздохнула и облизнулась. Ей хотелось есть. Но все шкафчики и полки на кухне были пусты.

— Это ничего, — сказала самой себе Полосочка. – Мистер Хиккенботтом скоро вернется и принесет мне тефтельку. Сегодня как раз пятница, кажется.
— Суббота.
— Нет, сегодня пятница, тридцать второе октября… — уверенно повторила Полосочка.
— Ты глупая?
— Я?.. – удивилась Полосочка. – Мне кажется, нет… Ой! Постойте, а кто это со мной разговаривает?
— Вот-вот, и я о том же, — усмехнулся кто-то. – Глупая и невнимательная. Все вы, кошки, одинаковые.
— Мы все очень разные, — не согласилась Полосочка. – Например, у меня черное нёбо, а когти…
— Умоляю, только про когти мне не надо рассказывать!
— Почему? – удивилась Полосочка.
— По кочану и по кочерыжке, — огрызнулся кто-то, а потом добавил: — Моя воля, я бы таким, как ты, запретил носить когти!
— Это немного странно звучит, — задумчиво протянула Полосочка. – И все-таки, кто вы? Кто сейчас со мной разговаривает не очень вежливо?
— А ты догадайся с трех раз.
— Не знаю. Может, мышка? Хотя мышек в нашей квартире я еще никогда не встречала.
— Мышка?! – оскорбился кто-то. – Скажи еще тараканчик!
— Не обижайтесь. Просто скажите, кто вы такой?
— У тебя еще две попытки остались.
— Ну хорошо. Вы – привидение. Того, кто жил тут раньше, еще до мистера Хиккенботтома, а потом умер от заворота кишок.
— Час от часу не легче!
— Ну не знаю, тогда. Я сдаюсь.
— Нет, угадывай.
— Ладно. Вы – наш сосед снизу. Наверное, вы говорите со мной через
вентиляционную трубу.
— Сама ты вентиляционная труба. А я, между прочим, тебе на чистом кошачьем назвал свое имя.
— Да? Когда? – удивилась Полосочка.
— Еще полчаса назад. Тебе снился пророческий кошмар, ты так кричала, что я сжалился над тобой и разбудил, громко назвав свое красивое и редкое имя. Между прочим, далеко не каждый удостаивается подобной чести. Но ты мне чем-то симпатична.
— Правда? – улыбнулась Полосочка. – Знаете, вы не сердитесь на меня, пожалуйста. Просто я голодная и грустная… Так кто же вы все-таки?
— Фуфетий.
— Фуфентий?
— Ты оглохла? Фуфетий, говорю.
— Какое необычное имя.
— Раньше был такой диктатор — Меттий Фуфетий, он жил в Риме.
— Понятно. А я — Полосочка. Приятно познакомиться, Фуфетий.
— Я знаю, кто ты такая.
— Откуда?
— Оттуда, что ты на мне сидишь! Причем не первый год.
— На вас?! – поразилась Полосочка.
— Вот именно. И ни разу я не услышал от тебя благодарности в свой адрес.
— Спасибо, — примирительно сказала Полосочка. – Так вы что, кресло мистера Хиккенботтома?
— Нет, милочка. Это не я – мистера Хиккенботтома, это мистер Хиккенботтом — мой.
— И мой.
— Ну, это не точно. Где, по-твоему, он прохлаждается вторую неделю?
— Не знаю, — вздохнула Полосочка.
— А кто, по-твоему, эти люди, которые поза-позавчера вынесли из квартиры всю мебель, пока ты трусливо отсиживалась в шкафу?
— Бандиты какие-то, наверное…
— Твоя наивность поразительна! Это были грузчики из фирмы «Деловые люди». Они увезли всё на аукцион и, наверное, уже продали с молотка.
— Правда?
— Должен сказать, что я глубоко признателен тебе за то, что ты периодически точила об меня когти. Обивку ты мне прилично испортила, поэтому меня не унесли, слава старому Абажуру!
— Подождите, Фуфетий, а почему они все продали? Когда мистер Хиккеботтом вернется, ему это не понравится.
— Святая простота! Он больше не вернется.

Сердце Полосочки дрогнуло.
— Конечно вернется, сегодня же вечером. И принесет мне тефтельку в томатном соусе. Вот увидите!
— Послушай, деточка, пожилого человека…
— А вы разве пожилой человек?
— Фигурально выражаясь. Мне около ста пятидесяти лет, а это по человеческим меркам довольно пожилой возраст.
— Ясно.
— Так вот, мистер Хиккенботтом больше сюда не вернется. Не спрашивай, почему, я не знаю. Могу лишь предположить, что он переехал в другой город или даже на другой континент.
— Почему?! – ужаснулась Полосочка, прижав уши.
— Есть несколько версий. По одной, он влюбился.
— В кого?! – затряслась Полосочка.
— В какую-нибудь актрису с длинными блестящими волосами. Он увидел ее в кино, нанял частного сыщика, который разыскал ее адрес в Эквадоре, купил билет в один конец и только его и видели.
— В Эквадоре? А где это? Я доберусь туда пешком к завтрашнему утру, если выйду примерно через полчаса?
— Блаженная! Куда ты пойдешь в такую погоду без дождевика?

Полосочка взглянула в окно. Небо хмурилось, листики на ветках платана отрывались и один за другим улетали вверх, на крышу. В стекло ударили крупные капли.
— Ляг на меня и успокойся, — посоветовал Фуфетий.
— Я не могу. Вы меня совершенно огорошили! Вы уверены, что мистер Хиккенботтом не вернется? – голос Полосочки дрожал.
— Абсолютно.
— И что же мне теперь делать?
— Говорю же, положись на меня.
С этими словами Фуфетий протянул к Полосочке деревянные подлокотники и обнял ее.

Вам могло, наверное, показаться, что Фуфетий был черствым и невежливым креслом. И это правда. Но в глубине его, где-то между ржавыми пружинами и старым поролоном была спрятана одна штучка. Одна восхитительная штучка, о которой я расскажу вам позже…